Права человека

  Главная
  Аналитика
  Конференция
  Рецензии
  Мнения
  Персоналии
  Мемуары
  Документы
  Хроника
  История
  Туркмены
  Этнология
  Каспий
  Права человека
  Проекты
  Юмор
  Central  Asia
  Словарь
  Что читать?
СИТУАЦИЯ С ПРАВАМИ ЧЕЛОВЕКА В ТУРКМЕНИСТАНЕ
В 1993-1994 ГОДАХ

Доклад Информационного центра по правам человека в Центральной Азии

УВАЖЕНИЕ ПРАВА ЧЕЛОВЕКА
1. Политические убийства, исчезновения, гибель инакомыслящих при невыясненных обстоятельствах


      Согласно данным независимых источников из Туркменистана, активистов туркменской оппозиции и инакомыслящих, а также корреспондентов некоторых российских газет, как "Известия" ("Поиск пропавшей журналистки в Туркмении ничего не дал" (5 мая 1994 г.) в сегодняшнем Туркменистане имеют место политические убийства.
      В частности, об этом было заявлено лидерами и активистами туркменской оппозиции и независимыми политологами Абды Кулиевым, Шохратом Кадыровым и Халмурадом Союновым также 6-го октября с.г. на пресс-конференции, проведённой в связи с покушением в Москве на одного из видных лидеров туркменской оппозиции Мурада Эсенова.
      По меньшей мере в трёх случаях, по мнению представителей оппозиции, речь может идти о возможном политическом убийстве со стороны властей. Это трагическая гибель одного из тех, кто стоял у истоков создания организованной оппозиции, писателя Акмурада Шира (Широва – Ред.; погиб 12 мая 1991 г.), по официальной версии якобы выпавшего из окна своего рабочего кабинета в Киностудии. А также трагическая гибель другого признанного лидера туркменской оппозиции, члена правления демократического народного движения "Агзыбирлик", писателя Бапба Гоклен (наехала машина у театра 23 декабря 1991 года). И смерть ещё одного авторитетного лидера оппозиции скульптора Моммы Сейтмурада (2 июля 1994) при невыясненных обстоятельствах в своей художественной мастерской, где негласно собирались лидера и активисты "Агзыбирлика".
      По данным газеты "Известия", исчезновение широко известной в стране журналистки из правительственной газеты "Туркменская искра" Натальи Сосниной также можно отнести к этому разряду. Н.Соснина бесследно исчезла в апреле 1993-го года и лео её до сих пор не найдено. В то же время известно, что Соснина своими бескомпромиссными статьями беспокоила многих, в том числе и тех, кто сидит в Туркменистане. В.Кулешов в упомянутой своей статье пишет, что "Их (тех, кто бесследно пропадает) число в последнее время все более увеличивается. Исчезают люди, как правило, с криминальным исходом. Случается, находят таких то зарытых в песках, то утопленных в Каракумском канале, то сожжённых вместе с машиной.".

2. Пытки и другие виды жестокого, бесчеловечного, унизительного обращения или наказания

      Во время частых задержаний и арестов противники режима, лидеры и активисты оппозиционных политических партий или просто инакомыслящие подвергаются со стороны правоохранительных органов этой страны постоянным унижениям, оскорблениям и угрозе физической расправы.
      Такие случаи имели место, начиная с момента возникновения демократического народного движения "Агзыбирлик" (1 сентября 1989). Однако они стали систематическими в последние 2-3 года. Со слов активисток "Агзыбирлика" Акбебек Атаевой и Тувак Сахатовой известно, что им не раз угрожали коллективным изнасиловынием во время задержаний в отделениях милиций со столицы Туркменистана. При этом, чем выше чин допрашивающего офицера, тем он вёл себя агрессивнее. Активисток-женщин пытаются запугать физическим насилием или же дискредитацией иного рода в глазах сослуживцев и соседей по месту жительства.
      В мае 1993-го года недалеко от своего дома был задержан со стороны работников милиции инакомыслящий Караджа Караджаев только за то, что он имел неострожность выпить кружку пива в пивном баре, который находится в 200 метрах от его дома. В отделении милиции, куда он был доставлен с применением грубой физической силы, его избивали. В избиении участвовал начальник милиции в чине подполковника. По словам К. Караджаева, милиционеры норовили все время ударить его на уровне почек.
      В июле 1994-го года во время проведения эксклюзивного опроса среди жителей Ашхабада на социальную тему (опрос на "Русские в Туркменистане", рук.Ш.Х. Кадыров- ред.), правоохранительными органми была задержана активистка демократического движения А.Атаева, которая подвергалась угрозам и шантажу. Работники правоохранительных органов намеренно пытались задеть её женские достоинства и тем самым причинить ей особые страдания.
      Президент Сапармурат Ниязов до сих пор отрицает существование в стране политической оппозиции, называя лидеров и активистов оппозиционных партий и движений кучкой бандитов, шизофрениками или же уголовниками и группой обиженных. Тем самым "великим вождём" даётся утсановка работникам правоохранительных органов страны. Естественно, такая оценка главы государства и единственной, а потому и правящей партии воспринимается всеми должностянми лицами выластных структур, как руководство к действию.

3. Политические заключённые, узники совести

      Широко известным случаем политического процесса над инакомыслящими и диссидентами в Туркменистане стал судебный процесс над членом правления демократического народного движения "Агзыбирлик", поэтом и драматургом Ширали Нурмурадовым летом 1991-го года. Он был арестован правоохранительными органами республики 1 октября 1990-го года по обвинению в мошеничестве. Когда рассыпалось первое дело, поэта не стали освобождать, а спешно состряпали второе, ещё более надуманное дело и вопреки не только здравому смыслу, но даже вопреки Уголовному кодексу, его посадили. Ибо истиной причиной ареста поэта были его антикоммунистические и антиниязовские стихи. Ш.Нурмурадов провёл в тюрьме 1,5 года. После выхода, в целях личной безопасности живёт в эмиграции в Москве.
      В сентябре 1991-го года был арестован сопредседатель "Агзыбирклика" Нурберды Нурмамедов за организацию несанкционированного митинга. Однако тогда политическая ситуация помешала властям посадить его. Н.Нурмамедов был вторично арестован в августе 1993-го года по обвинению в экономическом преступлении. Под психологическим давлением, угрозой конфискации имущества и заключения в тюрьму на 8 лет, властям удалось заставить Н.Нурмамедова отречься от политической деятельности и дать подписку о невыезде.
      Осенью 1993-го года был осуждён якобы за хищение социалистической собственности и другой активист политической оппозиции, спонсор запрещённого властями независимого журнала "Даянч" ("Опора") Караджа Караджаев. Он был осуждён на 2 года за якобы финансовую недостачу, которую допустил, работая в государственной энергетической корпорации "Гайрат" и еще на 2 года за клевету на частное лицо (истицей выступала лжеправозащитница Аман Кейпиевна Ковшутова). Но под давлением международных правозащитных организаций тюремное заключение было заменено ему условным наказанием на тот же срок.
      Однако, согласно признанию представителей туркменской оппозиции, истинное число узников совести в Туркменистане остаётся неизвестным. Работа эта осложняется тем, что власти в Туркменистане по-прежнему незаконно предъявляют уголовные обвинения против инакомыслящих и диссидентов. К тому же многие оппозиционные группировки на западе и на востоке страны действуют изолированно от столичных политических сил. Не мало случаев спонтанного выступления отдельно взятых людей или группы лиц, которые, по некоторым сведениям, оказываются за решёткой без суда и следствия. Такие случаи имели место в Бахарденском и Гёоктепинском этрапах (районах) Туркменистана в 1990-1992 годах, когда сельский учитель и никому неизвестный колхозный бухгалтер за свои спонтанные выступления против режима и за протест против подтасовки результатов выборов, были осуждены. Однако об этом стало известно лишь после того, как им с помощью родственников удалось выйти на свободу и сообщить о сулчившемся лидерам "Агзыбирлика". Один из них Г.Карабалаков стал впоследствии открыто выступать против режима.
      По некоторым данным в сегодняшнем Туркменистане несколько десятков узников совести. Частично признался в этом и сам президент страны в своём публичном выступлении по телевидению по поводу снятия с должности прежнего министра внутренних дел Сердара Чарыярова по обвинению в многочисленных нарушениях законности и в связях с мафиозными группировками. Это было весной 1993-го года. Но с уходом Чарыярова в этой области ничего не изменилось. Более того, в последнее время власти, чтобы запугать сторонников оппозиции, всё больше принимают жёсткие меры, люди подвергаются краткосрочным арестам без суда и следствия по обвинению в распространении "злостных антигосударственных слухов с целью дестабилизации обстановки в стране". О том, что арестовано несколько человек именно по обвинению в распространении антигосударственных слухов, сообщило туркменское телевидение (диктор Дурли Гельдыева) 18-го августа с.г. Однако имена их не сообщались якобы в интересах следствия. Не говорилось также о местожительстве арестованны. Это было первое признание режима об аресте людей по политическим мотивам.
      29 октября 1994 года двое российских граждан туркменской национальности Мамедкули Аймурадов и Хошали Гараев были арестованы в Ташкенте узбекскими правоохранительными органами и переданы спецслужбам Туркменистана. В тот же день они были вывезены в Ашхабад и заключены в одиночные камеры-изоляторы Комитета Национальной Безопасности Туркменистана.
      По последним сведениям, которые располагают туркменские правозащитники, Мамедкули Аймурадову инкриминируется "подготовка покушения на жизнь президента Туркменбаши и государственного переворота", а Хошали Гараеву предъявлено обвинение в вымогательстве по ст.56 часть 2 УК Туркменистана.
      Истцом против Х.Гараева выступает гражданин Германии, туркменский бизнесмен Абдурашид Назар, являющийся одним из учредителей действующей в Туркменистане частной фирмы "Назар", соучредителем которой является директор туркменской службы радио "Свобода" Мухаммед Зариф Назар, его родной брат. По мнению независимых туркменских юристов, Аймурадову, возможно, грозит расстрел. По словам президента Фонда делового и культурного сотрудничества "Туркменистан" Авды Кулиева, вышеназванные российские граждане туркменского происхождения арестованы туркменскими спецслужбами потому, что они являются активистами Фонда и выступают против режима Туркменбаши.
      Следователь КНБ Туркменистана, который ведет "Дело" М.Аймурадова, прибывшей из Москвы в Ашхабад супруге арестованного Алине Аймурадовой заявил, что ей "не будет разрешено свидание с мужем, пока тот не признается в подготовке покушения на жизнь Туркменбаши".
      Также 21 октября 1994 года арестован в Ашхабаде другой активист Фонда журналист Юсуп Кулиев. Его обвинили в попытке дестабилизировать обстановку в стране в дни празднования государственной независимости, т.е. 27 октября 1994 года. После окончания празднований его на несколько часов привезли домой в сопровождении чекистов. А потом снова забрали и поместили в одиночной камере-изоляторе КНБ. Но у Ю.Кулиева в результате применяемых психологических и физических воздействий случился сердечный приступ. Тогда, как передают из Ашхабада туркменские правозащитники, его перевели в психологический (так в тексте – Ред.) диспансер.
      Сопредседатель демократического народного движения "Агзыбирлик", писатель Худайберды Халлы 11 февраля 1994 года обратился к руководству КНБ с просьбой ознакомить (его) с состоянием арестованного Ю.Кулиева, был приглашён самим председателем КНБ генералом Сапармурадом Сеидовым и вероломно был заключён в камеру. Генеррал С.Сеидов обвинил писателя в "поджигательстве". В итоге Х.Халлы провёл в одиночной камере КНБ 43 часа.
      Кроме того в дни подготовки празднования государственной независимости и после были задержаны и допрошены десятки оппозиционеров и инакомыслящих. В том числе: Халлы Байлыев, Яйлым Бегов, Аман Гоша и др.
      В последние дни в Москве были арестованы Федеральной службой контрразведки (ФСК) РФ двое видных туркменских оппозиционеров, обозреватели радио "Свобода" Мурад Эсенов и Халмурад Союнов. М.Эсенов исчез в Москве 24 ноября около 19-и часов по пути домой. Перед этим он попрощался с Х.Союновым и они условились созвониться через полчаса, когда будут дома. Однако М.Эсенов не приехал домой ни через полчаса, ни всю ночь. О его исчезновении стало известно его друзьям через несколько часов со слов хозяйки квартиры, где снимает комнату Эсенов. Сразу же были оповещены о случившемся правоохранительные органы Москвы, Комиссия по правам человека при президенте РФ. Представители комиссии оперативно связались с ФСК, однако там ответили, что ничего не знают об Эсенове ничего.
      Только через четыре дня, когда вся демократическая пресса Москвы, правозащитные организации и Информационный центр по правам человека в Центральной Азии подняли свои голоса и потребовали у ФСК и Генпрокурора РФ дать вразумительный ответ по поводу исчезновения М.Эсенова и ареста неизвестными, на следующий день после этого, лицами русской национальности у метро "Алтуфьево" второго туркменского диссидента Халмурада Союнова, и что при этом производившие арест продемонстрировали провожавшему при этом знакомому Союнова удостоверение ФСК, Генпрокуратура и ФСК РФ вынужденно признали, что Эсенов и Союнов были "задержаны" ими.
      При этом они подчеркнули, что "задержания были произведены по просьбе туркменских правоохранительных органов, которые предоставили соответствующие документы и Уголовное дело по факту свершения названными лицами тяжких преступлений на территории Туркменистана".
      Таким образом, несмотря на все усилия правозащитных организаций и нашего Информцентра, а также демократической русской прессы, М.Эсенов и Х.Союнов остаются в неволе. Сейчас известно, что они содержатся на Петровке и в любой момент могут быть выданы властям Туркменистана.
      Правоохранительные органы Туркменистана обвиняют М.Эсенова, Х. Союнова и арестованного 29 октября и содержащегося сейчас в застенках Комитета национальной безопасности этой страны Мухаметкули Аймурадова в "закупке оружия с целью вооружённого заговора и захвата власти в Туркменистане". Данное преступление влечёт за собой применение смертной казни осуждённых.
      Судя по последним событиям, режим Туркменбаши вплотную подошёл к политическим судилищам над своими противниками. Но всё же не исключено, что международные правозащитные организации и дальше будут сталкиваться в Туркменистане в основном с узниками совести, которые были осуждены властями этой страны за мнимые экономические и уголовные преступления, как в случае с Ширали Нурмурадовым и Караджа Караджаевым.

4. Необоснованные задержания, избиения и другие неспецифические формы преследования

      Необоснованные задержания с последующим допросом в правоохранительных органах Туркменистана – одна из самых активных форм преследования, которая широко используется против своих политических противников со стороны ниязовского режима.
      По любому поводу и без всякого повода оппозиционеры и инакомыслящие регулярно задерживаются правоохранительными органами и над ними устраиваются допросы.
      В марете 1992-го года во время записи интервью английских тележурналистов из Би-Би-Си во главе с Чарльзом Брюсом в частном доме депутата Верховного Совета страны, члена демократического народного движения "Агзыбирлик" Айгуль Таджиевой были задержаны все участники этого интервью, как туркменские оппозиционеры и инакомыслящие, так и английские тележурналисты. Дом был окружён милицией и спецслужбами, участвовали в задержании более ста работников фискальных органов, были применены прожекторы и другие технические средства, т.к. это происходило вечером. У английских тележурналистов большая часть их видеокассет с записями была конфискована милицией.
      В УВД г.Ашхабада на улице Житникова вместе с английскими журналистами был доставлен, как организатор встречи с иностранными журналистами оппозиции, Ак-Мухаммед Велсапар.
      Через некоторое время английских журналистов отпустили после вмешательства представителей английского посольства в Москве, куда сообщил о случившемся сопровождавший их представитель МИД-а России. А писатель был допрошен тогдашним начальником УВД г.Ашхабада полковником Мухаммедом Довлетовым.
      Он обвинил задержанного в шпионаже в пользу Англии и потребовал объяснительную записку с признанием вины. Допрос с угрозами и оскорблениями продолжался до глубокой ночи. Полковник Довлетов угрожал собственноручно оторвать головы всем, кто встречается с иностранными журналистами и предаёт Родину. Довлетову в скором времени было пожаловано после этого генеральское звание.
      Только за последние месяцы лидеры и активисты "Агзыбирлика" писатели Худайберды Халлы, Аман Гоша и инакомыслящие журналисты Юсуп Хыдыр и Юсуп Кули неоднократно были допрошены в КНБ и МВД страны. При этом им говорили, что в городе обнаружены антиправительственные листовки или какие-то антиниязовские статьи из российских газет, что правоохранительные органы подозревают в этом вышеназванных лиц и требовали от них объяснительные записки.
      В другой раз им говорили, что правоохранительные органы якобы получили сведения о том, что вышеназванные лица готовят какие-то беспорядки и снова требовали объяснительную и доказательства, что они ничего не готовят. И так – почти каждую неделю.
      Специфически национальной формой преследования в условиях Туркменистана является то, что власти частыми посещениями работниками милиции домов и рабочих мест противников режима, как реальных, так и подозреваемых, дискредитируют их в глазах соседей и сослуживцев и создают невыносимую психологическую обстановку, когда человек бывает вынужден выбирать одно из двух: или более-менее нормальную жизнь или же – постоянные преследования и психологическую нагрузку, в силу которых жизнь превращается в кошмар. Туркменским правоохранительным органам таким способом удалось вынудить отказаться от политической деятельности очень многих людей.
      Неспецифической формой преследования инакомыслящих и противников режима в Туркменистане является их преследование через семьи, близких родственников или рода. Власти через давление на авторитетных людей из указанного круга, добиваются осуждения своего политического противника в своей семье, среди родственников, когда человек оказывается полностью вытесненным из жизни семьи, родственников, рода.
      Это является достаточно эффективным ударом по стойкости человека и очень часто заканчивается отречением его от политики и оппозиционной деятельности.
      Именно таким путём были "нейтрализованы" такие противники ниязовского режима, как Сетдар Караджаев, художник Аман Амангельдыев, профессор Назар Гуллаев и многие другие, которые в самом начале создания демократической оппозиции играли видную роль.
      Наряду с неспецифическими формами преследования, практикуются правоохранительными органами страны и широко известные из практики советского времени способы, как избиение и публичная травля через СМИ.
      21-го мая 1992 года правоохранительными органами Туркменистана было организовано покушение на свободного депутата Меджлиса страны Халмурада Союнова. За участие в митинге за свободу слова его отстранили от участия в работе очередной сессии парламента страны, на которой принималась "первая демократическая Конституция Туркменистана". А на следующий день после окончания сессии в рабочий кабинет Союнова ворвался человек и дважды выстрелил "на почве ревности", как об этом официально объявлено властями из обреза. Депутат высшего законодательного органа был тяжело ранен, остался жив, но сделался на оставшуюся жизнь инвалидом. В данное время в целях безопасности эмигрировал из страны и живёт в Нижнем Новгороде с детьми и женой.
      За принадлежность к оппозиции была отозвана из депутатов Айгуль Таджиева в том же году. Врач-гинеколог по образованию, она была лишена права работать по своей профессии и в данное время является безработной. Власти постоянно преследуют её и членов её семьи.
      В октябре 1992-го года средь бела дня был избит неизвестными лицами главный редактор и учредитель независимого журнала "Даянч" ("Опора") журналист Мухамметмурат Саламатов. Все его попытки вовремя освидетельствовать телесные повреждения окончились ничем. Несмотря на то, что журналист обратился к правоохранительным органам в тот же день, покушавшиеся на него до сих пор не найдены. По словам самого независимого журналиста, покушавшиеся были работниками милиции переодетые в штатское.
      Избиению был подвергнут 27-го июня 1994 года также учредитель и главный редактор другого независимого издания "Ата-Ватан" ("Отчизна", газета издающаяся в Баку), сопредседатель партии Демократического развития Туркменистана Дурдымурад Ходжа Мухаммед (Ходжамухаммедов – ред.). К нему в дом вошли шестеро неизвестных под видом беседы и начали его избивать. По словам самого пострадавшего, он также был избит переодетыми работниками правоохранительных органов, и по всей вероятности, они хотели его убить. Д. Ходжа Мухаммед через некоторое время пришёл в себя на окраине города и увидел, что он лежит завёрнутый в ковер, окровавленный. Ему удалось своими силами вернуться домой, и сообщить о случившемся единомышленникам.
      Туркменские спецслужбы в последнее время берут на вооружение практику узбекских и таджикских спецслужб и начинают "охоту" на туркменских диссидентов и инакомыслящих на территории других государств, в том числе в России. Один из видных лидеров туркменской оппозиции, проживающий в настоящее время в Москве Мурад Эсенов, генеральный директор фонда делового и культурного сотрудничества "Туркменистан" и главный редактор независимого общественно-политического журнала "Туркмен или", который издаётся в Москве и нелегально доставляется в Туркменистан, был подвергнут нападению 6 октября 1994 средь бела дня недалеко от станции метро Отрадное.
      Это случилось спустя ровно 12 дней после того, как в Ашхабаде состоялась встреча президента Туркменбаши с руководителями силовых структур, на которой он обвинил руководителей этих организаций в пассивности, а некоторых из них, правда, публично не называя имена, и в пособничестве противникам режима. Туркменбаши поставил на этой встрече конкретную задачу перед правоохранительными органами страны: найти, доставить в Туркменистан и осудить всех, кто выступает против его политического курса, находясь за пределами Туркменистана.
      По словам Мурада Эсенова, нападение на него произошло в тот момент, когда он, выйдя из дома, где в настоящее время снимает квартиру, направился в сторону метро, где он должен был встретиться со своими коллегами. Однако недалеко от станции метро на него напали неизвестные лица, их было не менее 5-6 человек, они были вооружены металлическими прутьями или трубами, завёрнутыми в тряпку, и стали бить его по голове. Инцидент происходил недалеко от 141-го отделения милиции г.Москвы, где-то около 12 часов дня. М.Эсенов запомнил только одного из нападавших, того, кто напал первым. По словам пострадавшего, это был крепкий, высокий мужчина славянской внешности. Нападавшие нанесли ему несколько тяжёлых ударов по голове, после чего окровавленного и лежащего на земле стали жестоко избивать, однако, бывшему спортсмену удалось отбиться от руки бандитов и прибежать в 141 отделение милиции, где, к сожалению, вопреки его ожиданиям, ему не было оказано ни медицинской помощи и не было принято у него заявление по факту избиения. Потому медицинскую экспертизу и последующее лечение с помощью друзей он прошёл в частном порядке.
      Однако, под давлением демократической российской прессы, правоохранительные органы Москвы все же начали заниматься данным инцидентом. М.Эсенов на днях был приглашён в прокуратуру Москвы для дачи соответствующих показаний.
      Постоянным обструкциям на страницах СМИ Туркменистана подвергаются лидера и активисты оппозиционных партий и движений, а также инакомыслящие. Только с июня до середины августа было опубликовано на страницах газет "Туркменистан", "Несил", "Ватан" ряд статей, в которых бывший министр иностранных дел страны Абды (Авды - ред.) Кулиев и инакомыслящий писатель Ак-Мухаммед Велсапар неоднократно обвинялись в связях со спецслужбами США и Германии и в попытке организации межнациональной розни и дестабилизации обстановки в стране. Также были организованы властями две телепередачи и одна радиопередача на эту же тему с участием дворцовых писателей, журналистов и артистов.
      Необоснованным задержаниям и арестам в конце октября и в начале ноября текущего года подверглись в Туркменистане журналист Юсуп Кулиев, писатель Худайберды Халлы, российские граждане туркменской национальности Мухаммедкули Аймурадов, Хошали Гараев и др. (см. предыдущую главу).

5. Административные преследования, штрафы

      Туркменскими судами очень часто налагаются большие суммы штрафов на членов, активистов и лидеров оппозиционных партий и движений, а также инакомыслящих за оппозиционную деятельность. С 1989 по 1992 –ой годы лидеры и активисты демократического движения "Агзыбирлик" Нурберды Нурмаммедов, Клыч Ярмаммедов, Худайберды Халлы, Моммы Сейитмурадов и другие были по 5-6 раз подвергнуты различным денежным штрафам за организацию несанкционированного мирного митинга и мирных собраний политического характера.
      Режим Туркменбаши активно пользуется административными преследованиями. Оппозиционеры, инакомыслящие, диссиденты и сочувствующие и большинство членов их семей на сегодня уже остались без работы и обречены на тяжёлую жизнь. Всем, кто попал под подозрение фискальных органов, нельзя заниматься свободным предпринимательством, туркменские власти не дают таким людям право на открытие своего частного дела. А тех, кто умудряется открыть на имя "не засветившегося своего человека" непременно вычисляют и дело кончается возбуждением надуманного экономического преступления против них *см.: 3-й раздел. Случай с сопредседателем "Агзыбирлика" Н.Нурмаммедовым). Человек может остаться в Туркменистане без работы также всего лишь по подозрению в причастности к лагерю оппозиции или за подозрение в сочувствии к противникам режима.
      В первые неполные три года независимого существования страны по этой причине остались без работы сотни и тысячи людей. В условиях многодетной туркменской семьи это достаточно жёсткая и эффективная мера против политической оппозиции, лишить единственного зачастую кормильца большой семьи работы, а следовательно семью – средств к существованию. В сегодняшнем Туркменистане также широко практикуется властями наказание других членов семьи за политические взгляды одного из членов семьи. По этой причине в течение последних 2-3 лет остались без работы супруга и племянник бывшего министра иностранных дел Абды Кулиева Татьяна Кулиева, жена Марал и дочь Гуля поэта Ширали Нурмурадова, брат писателя-диссидента Ак-Мухаммеда Велсапара Мухаммедмурад Велсапар. Только за то, что на своей частной машине подвёз корреспондентку "Московских новостей" Санобар Шерматову из аэропорта к дому А.Велсаапара, в феврале 1993 года был освобождён от работы дальний родственник писателя Ч.
      Один из сторонников оппозиции Какаджан Сапаров был освобождён от работы 25 сентября 1992 года только за то, что он читал оппозиционную и демократическую литературу. К.Сапаров работал следователем по особо важным делам в республиканской прокуратуре в течение 16 лет и был уволен тогдашним генеральным прокурором страны Гурбанмухаммедом Касымовым (ныне министр внутренних дел) по обвинению в сочувствии к политической оппозиции и в связях с инакомыслящими.
      В июле 1993 года был освобождён от работы редактор туркменского телевидения Ш.Атамамедов за свои политические взгляды.
      Из-за политических взглядов своего отца 1 марта 1994 года был исключён из школы ученик 5 класса туркмено-турецкого лицея Ашхабада Заман Велсапар (сын писателя Ак-Мухаммеда Велсапара). Власти поставили перед семьёй писателя задачу заставить его вернуться в Туркменистан якобы для беседы с руководителями страны, а также исключить сына-отличника из лицея. Однако семье писателя стало известно, что судебные органы возбудили уголовное дело против находящегося в эмиграции писателя по обвинению в клевете против существующего в стране строя. Писатель отказался вернуться и власти, в отместку, лишили его 11-летнего сына возможности получить среднее образование, гарантированное ему 35-ой Статьёй Конституции страны. А также лишили супругу писателя Огульсона Велсапар, учительницу с университетским образованием, права работать после окончания декретного отпуска в системе просвещения, в которой она проработала в течение последних 10 лет.
      Кроме того, властями Туркменистана допускается массовый произвол по родоплеменному или этническому признаку. Конкретным примером может послужить в данном случае коллективное обращение в адрес радио "Свобода" группы работников образования Дашховузского велаята Г.Меляева, А.Аллабаевой, А.Маджумаевой, А.Гараханова, Г.Гурбанбердиева и О.Голлиевой, которые отчаялись найти защиты у туркменских властей в деле охраны своего профессионального и человеческого достоинства и чести. По их утверждению, последнее время в стране наблюдается на местах своеволие единоплеменников высших должностных лиц ниязовской администрации. В данном случае с ведома хякима (губернатора) Дашховузского велаята Сапаргельды Мотаева его соплеменники во главе с Оре Сувхановым топтали честь учительниц средних школ велаята под видом аттестации их на профпригодность.
      Постоянным угрозам и шантажу подвергается также семья генерального директора фонда делового и культурного сотрудничества "Туркменистан" Мурада Эсенова. М.Эсенов обвиняется властями Туркменистана в антиправительственных выступлениях. В начале августа с.г. его квартира в Ашхабаде была опечатана властями. Жена Гозель Эсенова и малолетний сын находятся под угрозой лишения жилплощади (см. о нём раздел 4-й доклада).
      В июне 1994-го года прокуратура Туркменистана обратилась в московскую прокуратуру с просьбой содействовать в задержании и аресте по обвинению в рэкете бывшего министра иностранных дел Туркменистана Абды Кулиева, президента фонда "Туркменистан", официально зарегистрированного в Москве в августе прошлого года.
      Абды Кулиев по настоянию туркменской стороны был допрошен в присутствии следователя из прокуратуры Туркменистана Ровшена Орунбаева в московской прокуратуре. В результате очной ставки Абды Кулиева и мнимого истца Абдырешида Назара, гражданина Германии, который занимается частным бизнесом в Туркменистане, обвинение рухнуло. Следователь московской прокуратуры Сергей Фролов принёс свои извинения и заявил о том, что российская прокуратура не имеет никаких претензий к Абды Кулиеву.
      Так бесславно закончилась очередная провокация туркменских спецслужб против туркменской оппозиции, в которой видная роль отведена гражданину Германии, туркмену по происхождению Абдырешиду Назару, родному брату директора туркменского отделения радио "Свобода" Мухаммеда Зарифа Назара.
      В начале октября 1994-го года по указанию руководства страны были конфискованы дачные участки туркменских писателей-диссидентов Худайберды Халлы и Ак-Мухаммеда Велсапара, которые в числе других были им отведены как членам Союза писателей СССР в феврале 1991-го года.

6. Свобода слова и печати. Свобода общественных организаций и объединений. Свобода мирных собраний и демонстраций. Свободные выборы. Свобода религий. Возможности ведения правозащитной деятельности.

      В Туркменистане осуществляется строгий контроль над печатным и эфирным словом, а также над книгоиздательским делом. Создание особым указом президента Сапармурада Ниязова 27 февраля 1991 года "Комитета по охране государственных тайн в печати и других СМИ при Кабинете министров Туркменистана" ознаменовало новую эпоху цензуру в стране. С этого дня началось становление сугубо туркменской национальной цензуры, которая, как показало время, гораздо жёстче, чем, скажем, брежневская. Ниязовская цензура гораздо дотошнее, мелочно придирчивее, чем "главлит" советского времени.
      Туркменская цензура , возглавляемая бывшим идеологом обкома компартии Ашхабада Какабаем Атаевым, с первого же дня своего возникновения решительно стала пресекать любое незначительное проявление инакомыслия или свободомыслия, как в публицистических, так и в художественных произведениях. Ниязовская цензура вездесуща и неимоверно подозрительна. Она вчитывается даже в каждую строчку детских стишков, проверяя их на предмет лояльности к режиму.
      Порой эта подозрительность доходит до абсурда. В стране фактически запрещены сюжеты с отрицательным образом сироты-мальчика или сироты-ягнёнка и т.п. только лишь потому, что великий вождь Сапармурат Ниязов выходец из детского дома, сирота.
      2 октября 1993 года Сапармурат Ниязов по решению Меджлиса (парламента) страны официально принял титул "Туркменбаши", что в переводе означает: "вождь всех туркмен", "начальник всех туркмен". Но все СМИ страны обязал так именовать президента гораздо раньше, со дня посещения Ниязовым Мекки весной 1992-го года и принятия им религиозного сана "хаджи".
      С этого момента (со) свободой слова было покончено решительным образом. Ибо правящей элитой и подвластной руководству страны мусульманской верхушкой Сапармурат Ниязов был объявлен представителем Аллаха на земле, что исключает всякую критику в его адрес и сомнения в правомерности его деяний.
      В своём выступлении в президентской газете "Несил" 14 августа 1993 года один из… (здесь в тексте "технический" пропуск– ред.) Ходжа Ахмед Ахун безоговорочно "узаконил" новую ситуацию и предал анафеме писателя Ак-Мухаммеда Велсапара за его антиниязовские выступления на страницах зарубежной печати. По словам Ходжа Ахмед Ахуна, правитель есть ставленник Аллаха. Потому, кто выступает против правителя, тот выступает против Аллаха и мусульманской религии. Писатель и его единомышленники были объявлены Ахуном вне мусульманской религии.
      Еще раньше "комитет по охране гостайн" запретил публикацию произведений и книг таких писателей как Ш.Нурмурадов, А.Велсапар, Х.Халлы.
      А.Велсапар и Х.Халлы 25-го августа 1993-го года были исключены из Союза писателей Туркменистана с формулировкой: "За систематическую клевету на независимую политику Туркменистана и за деятельность, противоречащую священным обязанностям туркменского писателя". Их книги были изъяты из всех библиотек страны и уничтожены путём сожжения.
      Спустя несколько дней после этого А.Велсапар с аналогичной формулировкой был исключён также из Союза журналистов страны.
      В апреле 1993-го года туркменские власти отказались выпустить трёх туркменских правозащитников, Шохрата Кадырова, Мухаммедмурада Саламатова и Ак-Мухаммеда Велсапара (а также Д.Ходжамухаммедова – ред._ на международную конференцию в США, куда они были приглашены Висконсинским университетом. С просьбой выпустить их на конференцию обратились к президенту Туркменистана С.Ниязову американские конгрессмены, когда он, находясь с частным визитом в США в конце марта 1993-го года, по приглашению Хейга-младшего и Ансары, побывал в фонде Карнеги.
      Однако, несмотря (на) данное обещание, президент Ниязов не согласился на участие туркменских граждан в международной конференции на тему: "Демократизация в Средней Азии и прилегающих к ней регионах" и вернувшись в Ашхабад, изменил своё решение.
      В нарушение Статьи 56 Конституции страны ниязовский режим путём проведения референдума 15 января 1994 года отменил предстоящие в 1997 году очередные президентские выборы в стране и "узаконил" пребывание на посту президента "великого вождя" до 2002 года без всяких выборов. При этом официально объявлено, что 99,99 процентов избирателей страны поддержали отмену президентских выборов в пользу Туркменбаши, хотя по данным независимых источников в день референдума к урнам пришло не больше 25-30 процентов избирателей.
      В апреле 1994-го года по подозрению в сочувствии к противникам режима и инакомыслящим был освобождён от занимаемой должности главный редактор молодёжного журнала "Яшлык" ("Юность") Джумадурды Непесов, а весь коллектив редакции был разогнан. До этого также решительно был разогнан журналистский коллектив непокорной газеты "Яш коммунист" ("Молодой коммунист").
      В 1992-ом году власти Туркменистана пресекли попытку создания русской культурной общины. В том же 1992-ом году была пресечена попытка независимых писателей создать в стране туркменское отделение международного Пен-клуба.
      Все эти пресечения сопровождались преследованиями и увольнениями тех, кто изъявил желание вступить в такие свободные общества. Зачастую таким людям приходиться публично каяться в своих ошибках и клясться в верности Туркменбаши. Например, редактору литературно-драматической редакции туркменского телевидения Атамураду Шакулиеву пришлось через правительственную газету объявить о своей полной поддержке Туркменбаши и устроить жертвоприношение в честь президента в августе 1993-го года, после того, как обнаружилась его причастность к несостоявшимся попыткам создать свободное писательское общество.
      Религия в Туркменистане полностью поставлена на службу режима Туркменбаши. В апреле 1994-го года при президенте Туркменистана создан Совет по делам религии. Председателем Совета назначен глава казиата всех мусульман (ныне муфтият – ред.) страны Насрулла ибн Ибадулла.
      Выборы и референдумы в стране проходят, как и в старые советские времена, безальтернативно, в полнейшем отсутствии свободы слова и свободы волеизъявления избирателей. В дни выборов и референдумов не допускается контроль со стороны иностранных журналистов или общественных организаций, а также оппозиционных партий. Вместо этого у избирательных урн устанавливается контроль со стороны спецслужб страны, которые зорко следят за каждым действием пришедшего голосовать, полностью лишив его возможности голосовать тайно. На избирательных участках, как правило, отсутствуют ручки, кабины, где стоят урны, открыты взору посторонних.
      Режим Сапармурада Туркменбаши пытается также противодействовать работе международных правозащитных организаций на территории страны. Наглядным примером может послужить в данном случае выдворение ответственных работников Междунарордной Амнистии николы Даквурт и Жозефа Милерт в конце октября 1992–го года. Причиной выдворения послужила их встреча с представителями туркменской оппозиции и инакомыслящими.
      Когда нет возможности выдворять представителей международных правозащитных организаций, туркменские власти препятствуют встрече их с местными правозащитниками и противниками режима и инакомыслящими. При этом, туркменские граждане, изъявившие желание встретиться с приезжими иностранцами, объявляются, как и в советские времена, шпионами и пособниками западных спецслужб.
      Через неокоммунистические газеты, полностью подконтрольные правительству, власти обвиняют всех противников режима в попытке дестабилизировать обстановку в стране, организации межнациональной розни и других всевозможных грехах.
      Президент Туркменбаши, в нарушение важнейших Статей действующей Конституции страны, исключает возможность создания оппозиционных партий и свободных общественных объединений в переходный период, который определён им произвольно до 2001-го года. Он также, под видом сохранения стабильной обстановки в стране, выступает против свободы слова до вышеуказанного срока.
      Лозунг "Десять лет благополучия", объявленный Туркменбаши, на деле обернулся туркменским вариантом китайской культурной революции образца середины нашего века.
      В стране не предвидится создание условий властями для постепенной демократизации общественной жизни пока у власти остаётся неосталинистское руководство Сапармурада Туркменбаши.
      Напротив, по оценкам представителей туркменской оппозиции, инакомыслящих и некоторых независимых источников и политологов, неизбежно дальнейшее ужесточение ниязовского режима. При этом режим, вероятно, не пойдёт на открытую конфронтацию с мировой демократической общественностью, и будет по-прежнему отрицать политические преследования в стране, дискриминацию инакомыслящих и противников режима, при этом лишая людей элементарных демократических и гражданских прав, вынуждая недовольных покинуть страну.
      Местные наблюдатели из числа оппозиции и независимые политологи склонны считать, что до конца этого года социально-политическая ситуация в Туркменистане значительно ухудшится по причине дальнейшего падения уровня производства в промышленности и в сельском хозяйстве, а также стремительного обесценивания национальной валюты – маната с портретами "великого вождя" Туркменбаши. В момент написания данного доклада 1 доллар США стоил 160 туркменских манатов на чёрном рынке страны, при средней зарплате 500 манатов.
      Указанные обстоятельства могут стать причиной значительной дестабилизации туркменского общества, что в свою очередь повлияет на дестабилизацию в высшем руководстве страны. По сути дела, это, по мнению некоторых местных наблюдателей, уже началось в августе с.г., когда "великий вождь" вынужден был отправить в отставку сразу двух самых авторитетных своих заместителей, вице-премьера, министра нефти и газа Назара Союнова и министра сельского хозяйства и продовольствия Пайзыгельды Мередова, а также трёх замминистров. Все они были обвинены вождём в коррупции.

Rambler's Top100 be number one Kavkaz Top100