История

  Главная
  Аналитика
  Конференция
  Рецензии
  Мнения
  Персоналии
  Мемуары
  Документы
  Хроника
  История
  Туркмены
  Этнология
  Каспий
  Права человека
  Проекты
  Юмор
  Central  Asia
  Словарь
  Ссылки
  Что читать?
Ш о х р а т  К а д ы р о в
ПРОБЛЕМЫ ДЕМОКРАТИИ КАК ПАРАДОКСЫ ДИКТАТУРЫ

      От редактора. Эта статья была написана 4 года назад. Это уже история. Я решил ничего в ней не менять и показать, как представлялось все тогда. Совсем я согласен в оценке ситуации той поры. Единственно, что показалось мне сегодня чрезмерно оптимистичным, так это мое отношение к оппозиции. За 4 года ничего не изменилось внутри ООТ, она не накопила нужного потенциала, не сумела организоваться в действующий фактор, она так осталась на обочине событий. Что будет дальше, трудно сказать, но я по-прежнему верю, что без оппозиции ситуация в Туркменистане в лучшую сторону не измениться.

"Туркменистан - родина демократии"
Сапармурад Туркменбаши

      Крушение иллюзий

      Диктатура - разве можно придумать лучшее доказательство того, что в стране не спокойно. Из всех авторитарных режимов на пространстве бывшего СССР, самый жесткий - в Туркменистане. Официально и вопреки Конституции, объявлено о запрете на митинги, демонстрации, свободу слова, многопартийность.
      Полномочия президента многократно превышают права любой другой ветви власти. Переполнены тюрьмы и психушки, люди, в подавляющем большинстве хронически голодают.
      При этом я бы не стал, следуя марксистским детерминациям, сводить основную причину не стабильности к дефициту продовольствия. Корень зла в отсутствии возможностей для политического самовыражения на фоне официально санкционированного деления общества на богатых и бедных, на лучших и худших. Поэтому перемены на продовольственном рынке, ставшие заметными только в последний год, не могут изменить прежних оценок о том, что в власть Ниязова поддержкой народа не пользуется.
      Перемены заметны только потому, что их приходится сравнивать с охватившим страну полтора года назад голодом. Сейчас, накануне визита Ниязова в США, в коммерческой сети появились в свободной продаже сыр, масло, хлеб, сахар, американское пиво, вино и водка из Казахстана и т.д. Цены ни чета зарплате, покупка элементарного съедает заработанное в середине месаца, даже при скромном потреблении. Это витринное благополучие, если термин благополучие вообще в данном случае считать приемлимым.
      В середине 1997 года средняя номинальная заработная плата составляла 48 долларов США. Отчасти от бунта людей удерживает то, что многие работают в нескольких местах, имеют теневой заработок, получают куцые доходы от приусадебного хозяйства. Мука по-прежнему по карточкам. Темпы инфляции заметно снизились.
      Но к сегодня показатель зарплаты из-за инфляции упал до 38 долларов. Накануне визита в США заработную плату бюджетникам обещали повысить. Теперь. она составит 70 долларов США. Через месяц-другой и инфляция сократит эту цифру. Следующее же повышение нужно ждать минимум через год.
      Важно учитывать, что речь идет о номинальной средней зарплате, т.е. это не средняя арифметическая всех зарплат. Сколько людей находится на уровне и за чертой бедности в Туркменистане можно только догадываться. К ним следует отнести: безработных, число которых выросло, т.к. местные специалисты плохие конкуренты иностранцам, заполнившим города республики. Это пенсионеры (минимальная пенсия 20 долларов), учащаяся молодежь (более 50% населения) размеры стипендии которой колеблются о 8 до 15 долларов в месяц. Для сравнения, в Казахстане, где, в отличие о Туркменистана, не запрещена статистика нищих, таковыми являются более половины жителей. А ведь Казахстан значительно опережает нас по всем показателям развития.
      Население Туркменистана находится в особой демографической ситуации. При подскочившем после роспуска СССР, примерно процентов на 50, показателе младенческой смертности, растет число супружеских пар сознательно отказывающихся от туркменской традиции многодетности. За счет выезда русскоязычных впервые наметилось сокращение людей трудоспособного возраста. По сравнению с соседями (Узбекистаном, Казахстаном и Киргизстаном), сократилось число лиц пенсионного возраста, причем не процентном, а в абсолютном выражении.
      Тяжелое положение с продовольствием в Туркменистане - вопрос исключительно политических решений. "Витринная еда" никак не связана с ростом экономического могущества страны. Этого роста просто не было. Туркменистан не только сократил, а вообще приостановил поставки газа на Украину. Я не говорю уже о выращивании другой валютной культуры - хлопка. Ее производство сократилось в два раза. Другими словами, перемены произошли не благодаря, а вопреки желанию Ниязова, мечтающего процветать за счет газа.
      Если бы Туркменбаши захотел, то давно бы решил проблему продовольствия. И Россия и Украины должны Туркменистану по 1,5 млрд. долларов США каждая. Но проблема выплаты влияет на продовольственный вопрос только из-за нежелания Ниязова согласится на условия оплаты. Туркменбаши настаивает на выплате валютой, а Кучма и Ельцин готовы платить продуктами и одеждой и завалить Туркменистан товарами. Туркменбаши верит в жизнеспособность своей диктатуры. Экономически власть в Туркменистане может быть независима от своих граждан. 70 процентов доходной части бюджета складывается от торговли нефти и газом. Грубо говоря, 10 тысяч иностранных рабочих, добывающих нефть и газ, способны обеспечить процветание страны, численность населения которой - пол-Москвы.
      Если основные доходы государство получает не с налогов, за счет экспорта, то и отношение к своим гражданам у правителя презрительно-пренебрежительное. В 1996 году отвечая на замечание редактора телепрограммы "Мир" о пустых полках в магазинах, Туркменбаши цинично заявлял: Я имею много денег, но не хочу баловать свой народ (!). Пусть научатся работать и не привыкают к заграничным вещам и продуктам.
      Другими словами, пусть научатся обменивать плоды своего труда на доллары, а потом я эти доллары буду выкупать у населения, продавая ему плоды своей торговли газом. Вот такая примерно арифметика. Ниязов решил построить общество паразитарного благополучия, что-то наподобие того, что в социологии именуется "полинезийским раем" с дармовыми бананами. При такой хозяйственной жизни общество не развивается, ему не нужны образованные и умные люди. У таких всегда завышенные и утонченные потребности. Такое общество никогда не смирится с диктатурой.
      Парадокс, но все 7 лет независимости, ни нефть, ни газ, ни хлопок, так и не стали источником независимости Ниязова от своего народа. Продаваемого на экспорт хватало. Но на удовлетворение минимальных потребностей граждан и обогащение верхушки. Для всеобщего процветания, оказалось явно не достаточно. Другой парадокс: если бы сырье удалось продать в нужных объемах и ценах, то никаких шагов к либерализации сделано не было бы. Забегая вперед, скажу, что развитие газо-нефтяного комплекса при поддержке Запада вновь возвращает Ниязова к первоначальной паразитарной модели развития общества.

      Бирменгем-Ашхабад-Франкфурт

      Туркменбаши стал миллиардером не от не нефти и газа. Это произошло в 1994 году, как раз тогда, когда началось поголовное обнищание населения. В отличие от России, где прорыв в первоначальном накоплении капитала номенклатурой был обеспечен ваучеризацией, в Туркменистане дверь к сказочному обогащению открыл переход к национальной валюте в конце 1993 года. За 10 млн. теоретических долларов США в английской типографии города Бирмингема было отпечатано 350 млн. манатов с курсом 2 маната 1 доллар США.
      Хотя подпись на манатах была начальника банка государства, изображение на них лика Ниязова, который, по официальной версии, должен был отпугивать фальшивомонетчиков, говорило том, кто в действительности является хозяином новой издательской продукции. Менять манаты на доллары разрешили не всем. Обменки не работали. Вплоть до самого недавнего времени в стране было два курса обмена маната на доллары: официальный, ограниченный узким кругом лиц и черно-рыночный. Разница между ними - сотни крат.
      Уровень обогащения Ниязова и его ближайшего окружения зависел от того, сколько будет напечатано манато-долларов. Фонд стабилизации маната в то время составлял 300 млн. долларов. Таким образом тогда было отпечатано по меньшей мере 30 партий по 350 млн. манатов. А вообще-то сказать о том, сколько было напечатано трудно, потому, что наши манаты - это нумизматическая редкость - на них не стоит даты.
      Вот так Ниязов вошел в число самых богатых людей мира в самой бедной стране бывшего СССР. 6 млрд. долларов США государства хранятся на его личном счету. Основные причины бешенной инфляции маната (1200% в год), происходившей вплоть до конца 1996 года, заключается именно в том, что станок по производству манатов все это время не останавливался. Примечательно, что Ашхабад до сих пор имеет лишь два прямых воздушных сообщения с Западной Европой: с Франкфуртом, где расположена штаб-квартиры Дойче Банка и хранятся валютные счета Ниязова, и с Бирмингемом, где печатаются манаты.
      С указанной финансовой аферой связаны и крупнейшие подтасовки в демографической статистике. В 1993 году была дана команда задним числом повысить численность населения в Туркменистане. К весне того года республика должна была отметить появление 4 миллионного жителя. Но весной людям сказали, что этот будущий гражданин родился еще в начале года. Смешав численность наличного и постоянно живущего в Туркменистане населения, ссылаясь на то, что в Туркменистане, якобы много беженцев из других стран, завысили число жителей чуть ли не полмиллиона человек. И под них выпускали лишние манаты. Документы разоблачившие эту акцию правительства Ниязова опубликованы в моих очерках политической истории Туркменистана "От Сельджука до Туркменбаши".
      Эксперты ООН признали результаты переписи населения 1995 года в Туркменистане сомнительными, предложив Ниязову присоединится к мировой программе переписей населения в конце текущего десятилетия. А ему только это и требуется. Ведь на такого рода мероприятия выделяются не малые деньги от международных организаций.
      Примерно год назад, государственные махинации с национальной валютой прекратились. Был установлен единый курс. Заработали обменки. Для того, чтобы богатеть дальше нужен новый источник. Ими являются кредиты и инвестиции под нефть и газ. В этом главная цель визита Ниязова в США.

      Двойной стандарт западной демократии

      Встреча в верхах с главой самой демократической и самой богатой страны мира является, началом для каждого, кто хотел бы в последующем иметь большой международный вес. Именно поводом, но не всегда признанием такого авторитета. все зависит от того, как примут. А принимают Ниязова не так. Встреча владельца мировых запасов нефти и газа происходит уже после того, как Клинтон переговорил с президентами Казахстана, Узбекистана и Азербайджана.
      И тем не менее, отношения Клинтона и Туркменбаши особые. В августе 1996 года президент США Б.Клинтон пообещал наказывать те страны и компании, которые сотрудничают с Ираном в объеме более 40 млн. долларов. К этой угрозе мало, кто прислушался. Да и со стороны Белого дома в адрес Ниязова не прозвучало никаких заявлений, когда тот в декабре 1997 года пустил туркменский газ в Иран. После встречи в верхах Туркменбаши станет получать от США правительственную помощь. А это во много раз больше, чем способны сделать действующие сейчас в Туркмении частные фирмы США.
      Экономическая конкуренция толкает западные демократии к сотрудничеству с диктаторами. А для того, чтобы как то оправдать и объяснить такое сотрудничество мировую общественность оповещают о "научном открытии" -концепции "нового авторитаризма", разработанной в стенах Гарвардского университета еще в конце 50-х гг.. К ней сегодня плюсуется концепция "азиатских ценностей", пытающаяся объяснить нормальность восточных диктатур и чуть ли не органическую любовь азиатов к патриархальным порядкам и жесткой дисциплине. Наконец, с приходом в Белый дом Б.Клинтона заговорили о необходимости сотрудничества с авторитарными режимами с тем, чтобы помочь создать там экономическую базу для демократизации.
      Если на первоначальном этапе власть Ниязова базировалась на доктрине жесткого авторитаризма, то сегодня главным фактором укрепления власти Туркменбаши является реальный, практический интерес к его стране крупнейших западных кампаний как к владельцу мировой доли запасов углеводородного сырья. Чем больше Запад проявляет интереса к азиатской нефти и газу, тем меньше времени ждать пока страны Азии станут демократическими.
      Парадокс ситуации состоит в том, что именно благодаря такому сотрудничеству, диктаторы, не имеющие почти никакой поддержки населения, остаются у власти. Степень не готовности азиатов к демократии прямо пропорциональна финансово-экономической помощи, оказываемой диктаторам странами западной демократии. В отличие от плана Маршалла, рассчитанного в свое время на помощь собственникам в странах молодой демократии, нынешняя помощь США сфокусирована на газо-нефтяной комплекс, т.е. на собственность, остающуюся в руках государства. Расширение западной финансовой помощи открывает широкие возможности для маневров, от тактики НЭПа до военного коммунизма и наоборот. Эту закономерность на примере развития СССР выявил в свое время историк Ален Безансон.
      Клинтон уже не первый год ведет личную переписку с Ниязовым. Кое-что туркменская пресса в пропагандистских целях публикует. Клинтон говорит много лестных слов в адрес туркменского правителя, признавая в нем реформатора и мастера дипломатической игры. В известной степени, все это выглядит парадоксально. Ведь по зажиму демократических свобод страна, Туркменбаши мало, чем отличается от режима на Кубе. После распада СССР Ниязов только и делал, что шел на уступки Ирану, втягиваясь в его видение экономического и политического развития региона.
      Вы знаете, отношения Клинтона с Ниязовым очень напоминают мне ситуацию, когда "жирного клиента" сажают за карточный стол и сначала стараются ему побольше проиграть, чтобы втянуть в игру, а затем обыгрывают до нитки. Примерно также, как поступили с сыном Ниязова в Мадридском казино летом 1996 года: только ха одну ночь Мурад Туркменбаши спутил 12 млн. долларов США. Сейчас Туркменбаши и не только ему, кажется, что он едет в США с полной колодой козырей. Сила Ниязова в том, что он, очевидно, собирается выступить партнером каждой из играющих сторон. Но настоящая игра только начинается. Если бы Туркменистан имел собственные технологии и капиталы для добычи, переработки и экспорта сырья, такая политика не вызывала бы опасений. Но поскольку таковых нет, то освоение нефти и газа предполагает наращивание иностранного присутствия, а значит и зависимости Туркменистана, его неоколонизации.

      Геополитический мешок

      Туркменбаши часто ссылается на необходимость продавать сырье по мировым ценам и за валюту, но огромное количество посредников (Иран, Турция, Россия, Украина, а теперь еще и Азербайджан с Грузией) делает эту цель мало реальной. Любое обострение отношений между США и региональными центрами силами скажется на положении в Туркменистане.
      Что такое газопровод в Иран, который, якобы соединит Туркменистан с Европой через Турцию? Не то же ли это самое, что и газопровод в Россию. Захочет Иран - будет газ в Европе, не захочет - не будет, захочет Иран платить товарами, а не валютой - так оно и будет. Сейчас, после строительства трубы в Иран из Туркмении, три года страна будет расплачиваться поставками газа, а что будет потом - неизвестно. Может это будут иранские яблоки, фисташки или новогодние елки, как это было в торговле с Украиной при встрече 1998 года.
      Повторяю, Туркменбаши согласен на все, лишь бы сохранили его власть и лишь бы платили ему кредиты и вкладывали инвестиции. Часть от всего этого оседает в кармане правящих. Строятся дворцы, мечети, памятники, гостиницы, проспекты, но не жилье, не детские сады, не больницы, ни школы.
      Трудно поверить, что в обмен на туркменский газ Иран сможет смирится с усилением американского присутствия на всем протяжении почти 1000 км ирано-туркменской границы. Трудно поверить, что США успокоятся на том, что получив согласие на участие Туркменистана в евразийском коридоре газо-нефтяном (трубоповод по дну Каспия в Баку и далее на Турцию, т. е. минуя Иран), допустят усиление экономической мощи Ирана за счет подачи и туда тоже газа и нефти из Туркменистана. Вообще следует заметить, что попытки США сконцентрировать туркменский экспорт на евразийском коридоре усиливают традиционное союзничество России и Ирана против США и Туркменистана, как возможного союзника американцев.
      Столь же шаткой является база отношений Туркменбаши с Западной Европой (следующей в фарватере большой политики США). Туркменбаши обещает обогреть Европу своим газом и нефтью. Во-первых, и газа и нефти не так много, чтобы конкурировать с другими странами. Во вторых, зачем европейцам туркменский газ, если тоже самое они могут получать от Норвегии, Алжира и России. В третьих, в зависимости от рыночной конъюнктуры, цены на углеводородное сырье имеют свойство резко падать, что свидетельствует только об одном, этого сырья на сегодня в мире предостаточно.

      Оппозиция

      Ошибаются те, кто полагает, что вопрос об оппозиции не имеет никакого отношения к визиту Ниязова в США. Туркменбаши добивается этой встречи с весны 1993 года. Тогда, будучи в США с рабочим визитом, он покинул Америку "ни с чем". Одним из мотивов отказа стало то, что Туркменбаши запретил в это время выезд в США группе диссидентов на конференцию по проблемам демократизации, организованную Висконсинским университетом. Об этом писала газета "Вашингтон пост" 23 марта 1993 года. В числе не выехавших оказался и ваш покорный слуга.
      Туркменбаши настолько был уверен в той встрече, что даже выпустил марку, являющуюся уникальной для филателистов: на марке изображена не состоявшаяся встреча. Конечно, дело не только в горстке диссидентов.
      Это лишь повод. Мне кажется, что в то время Клинтона не точно информировали его советники и эксперты. Последние полагали, что Туркменбаши долго не продержится. Мы спорили об этом с Владимиром Маленковичем в Мюнхене на радио "Свобода" в передаче Льва Ройтмана. Разговор был сразу после развала СССР. Володя доказывал, что власть Ниязова падет через год-два. Я же, несмотря на то, что был противником ниязовских методов и их жертвой, рассуждал как человек, знающий ситуацию изнутри и предсказывал, что у Ниязова есть все шансы остаться на долго. Правда, я исходил из того, что в Туркменистане мало населения (только 4 млн.) и большие ресурсы, не имея в виду нищету и диктатуру.
      В том, что события в Туркменистане могут развернуться по таджикскому варианту, не малую роль сыграли и мифы о традиционной воинственности туркмен и их свободолюбии. Это действительно имело место в период завоевания Закаспийского края. Было организовано 4 экспедиции и только последняя, во главе с генералом Скобелевым, истребив, по меньшей мере, 14 тыс. туркмен установила власть России в Туркменистане. За весь период покорения Средней Азии и Кавказа царские войска не теряли столько людей, сколько полегло в Туркмении. Основная их масса погибла не от рук туркмен, а от страшной жары и малярии. Стали ли туркмены другими? Диктатура, свидетельствует о том, что они не изменились, иначе бы Туркменбаши слетел.
      Подготовка США к нынешнему визиту также не обошлась без участия оппозиции. Ведь сразу после нашего письма Клинтону о политике Ниязова, последний пообещал Белому дому исправится и сократить свою власть связано и с нашим письмом в Белый дом. Туркменбаши заранее объявил об уступках, на которые он согласен. Предполагается, что Туркменбаши внесет поправку в конституцию, якобы ограничивающую его власть и расширяющую полномочия парламента. Для непосвященных это заявление Ниязова стало чуть ли не сенсационным. "Неужели Туркменбаши действительно решил повернуть к демократии?" Прямо не диктатор, а какое-то недоразумение!
      Несмотря на полномочия диктатора, превышающие многократно права всех остальных верховных органов, расширение прав туркменского парламента уже состоялось...4 года назад. В 1997 году Туркменбаши решил больше не мучить себя и других выборами в парламент и с тех пор этот орган стал работает на постоянной основе. За пожизненное депутатство депутаты столь же пожизненно обязаны Ниязову.
      Другая его правовая новация: в условиях диктатуры разрешить гражданам обжаловать действия государственных органов и должностных лиц, нарушающих конституцию. Кто этим будет заниматься, если число правоведов в нынешнем парламенте можно посчитать на пальцах одной руки. В стране нет Конституционного суда, который должен следить за исполнением Основного закона. Судей всех ступеней назначает диктатор. О какой эффективности Закона может идти речь?
      Часто спрашивают: а способна ли оппозиция влиять на ситуацию в Туркменистане, если она из него изгнана. Говорить о том, что вся оппозиция Туркменбаши находится за рубежами Туркменистана, значит следовать той точке зрения, что в Туркменистане оппозиции нет. Но, кто же тогда те люди, которые голодают, недоучиваются, болеют и умирают раньше времени? За пределами Туркменистана работает лишь часть и при том весьма незначительная, которая, что называется засветилась на первом этапе борьбы с диктатурой.
      Основные силы оппозиции, не без нашего влияния, готовятся к смене власти в самом Туркменистане. Замечу, что параллельно визиту Ниязова в США произойдет не менее важное для политической жизни региона событие - не санкционированное властью возвращение на родину лидера Объединенной оппозиции Туркменистана, экс-министра иностранных дел Туркменистана Абды Кулиева. Любопытно будет посмотреть, как на это отреагирует демократ Ниязов?!
      Ошибка считать, что туркменская оппозиция не консолидирована. Сама жизнь заставила пойти на это. У нее, на данном этапе, только один противник - Туркменбаши, диктатура. Антидиктаторский фронт - это много течений и группировок. Впечатление от разрозненности складывается потому, что внутри самой оппозиции все вопросы обсуждаются публично, даже не лицеприятные для ее лидеров. Не будет демократии в оппозиции сейчас, не будет и потом, когда мы придем к власти.
      Впервые сформирован Координационный центр объединенной оппозиции Туркменистана. В него входит руководство либерально-демократическое "Фонда Туркменистан", демократически мыслящие представители национально-патриотического движения "Агзыбирлик" и коммунистической партии Туркменистана, партии Демократического развития, многочисленные молодежные клубы, работающие в подполье. Актив оппозиции пополняется отставной номенклатурой. Все это в совокупности и есть антидиктаторский фронт.
      Оппозиция работает по уже отлаженным каналам. Издается три журнала, действуют странички оппозиции в системе Интернет, временами ее поддерживает Фонд демократизации при Конгрессе США, демократическая общественность России. Ячейки туркменской оппозиции работают среди студенческой молодежи и преподавателей вузов, среди журналистов, служащих, мы общаемся и обсуждаем свои планы с представителями национальных меньшинств Туркменистана. Даже в туркменском МИДе, и парламенте, и среди тех, кто сегодня ведет переговоры по разделу Каспия есть наши люди. Тоже самое, не называя фамилий, могу сказать про Институт демократии, занимающийся работой в тюрьмах Туркменистана и подготовкой списков амнистированных. Мы полностью осведомлены о том, что происходит в кулуарах туркменского бомонда.
      Не исключено, что политические перемены в Туркменистане возникнут неожиданно. Но конкурентов на новый курс у оппозиции нет. Определяя его, оппозиция исходит из того, что в Туркменистане уже утвердился новый политический строй - конституционная квази-монархия. Соответственно и предстоящее реформирование общественной жизни в Туркменистане будет связано не с заменой одной политической программы на другую, а с изменений конституционных основ государства Туркменбаши. Тогда не будет рецидивов ниязовщины, откроется возможность для реальной демократизации.

Берген, апрель 1998 года.

Rambler's Top100 be number one Kavkaz Top100